Стоимость теплоносителей


Стоимость теплоносителей

Теперь стоимость. Учитывая, что все-таки теплоноситель дорогой, при разработке конструкции нужно принимать меры, чтобы в реакторе не было лишнего теплоносителя, чтобы его было только необходимое количество. В реакторе такой конструкции потребность в висмуте 1100 тонн на 1 гиговатт электрической мощности. В одном реакторе где-то около 200 т теплоносителя, не висмута, а теплоносителя, висмут составляет примерно половину. Т.е. вот этот сплав свинца-висмута примерно 50 на 50. Эвтектика. Почему такой сплав выбран? У свинца точка плавления 3270, у висмута – 2710, а вот у сплава точка плавления оказывается 1250. Т.е. выбран такой состав, который обеспечивает минимальную точку плавления.

Вопрос – а сколько тонн теплоносителя в одном реакторе?

В одном реакторе около 200 т теплоносителя – свинец плюс висмут.

Вопрос – тогда ртуть, наверное, проще было бы использовать?

А, делали на ртути. Во-первых, ртуть исключительно сильно захватывает нейтроны, и не только тепловые, но и быстрые — раз. Ртуть страшно ядовита, токсична — два.

        Вопрос – ну а свинец?

      Со ртутью не сравнить. Холодный свинец вообще не токсичен, если он прольется, то дробь в руках будет а больше ничего. А со ртутью обязательно будет отравление, если жидкая ртуть открытая. И наконец, у ртути точка кипения низкая. У нее 3700, примерно, т.е. это надо иметь реактор уже под давлением. Были ртутные турбины в свое время, перед войной еще – ничего хорошего. Короче говоря, не годится ртуть.

Теперь по стоимости. С учетом вот такого удельного расхода висмута на киловатт, вклад стоимости теплоносителя в капитальные затраты меньше 1 %. Да, висмут дорогой, теплоноситель получается дороже, чем свинцовый, но вклад его в удельные капитальные затраты меньше 1 %. Значит, он не является определяющим, даже если цена висмута вырастет, допустим, в 10 раз. Есть такая геологическая закономерность – доступные затраты минерального сырья увеличиваются в квадрате от цены, которую может платить потребитель. Вот вы цену увеличиваете в 10 раз, а ресурсы по такой цене увеличиваются в 100 раз, квадратично. Вот такая есть закономерность.

И есть еще одна возможность расширения – отойти от сплава свинец-висмут эвтектического состава 50 – 50. Если содержание висмута в теплоносителе уменьшить, то при этом точка плавления вырастет. Мы рассматривали, допустим, сплав, в котором 10 % висмута, т.е. в 5,5 раз меньше, чем в эвтектике. Вот в этом экономия, или расширение – точка плавления увеличивается в два раза и составляет уже 2500. Но не 3270. Т.е. можно постепенно идти и по этому пути. Но надо и свинец осваивать. Я не против свинца, но ему еще не пришло время. То, как он Адамовым внедрялся, очень похоже на действия большевиков в 1917 году, которые строили коммунизм под лозунгом: «Железными цепями загоним человечество в рай». Вот не понимает человечество, что ему нужно в рай, а большевики понимали, а тех, кто не понимает, железными цепями надо загнать. Вот атомную энергетику железными цепями, кнутами гнали в БРЕСТ (имеющего реактор со свинцовым теплоносителем), а ведь это была чистейшая авантюра. Никто из институтов отрасли этот проект не поддержал, но последние слова Адамова, когда он уже перестал быть министром, Филину, главному, были: «это же надо быть дураком, имея столько денег, никого не сделать сторонником, не привлечь на свою сторону….». Все понимают эти проблемы и трудности. Надо нормально работать, придет время  — будет и свинец, может, через 50 лет, когда проблемы эти все будут решены. Сначала построить маленький реактор на свинце, не идти сразу на станцию 300 МВт, ведь это огромный экономический риск. БРЕСТ — это просто совершенно неразумная политика, чисто амбициозная, ничего за этим больше нет. Хотя по идее концепция быстрого реактора с тяжелым жидким  металлом – это правильная концепция, но ее техническая реализация совершенно не подготовлена. Ну а продиктовано это насильственное внедрение было тем, что Адамов был директором НИКИЭТ, он хотел свой институт продвинуть, а свинец-висмут разрабатывало уже ФЭИ. Хотя ФЭИ тоже сейчас осваивает свинец, но по приказу, за деньги Минатома, но он не является идеологом этой концепции.

Вопрос – а сейчас министр откуда?

 Румянцев, из Курчатовского института. Он сам не энергетик, он физик, твердотельщик, т.е. ему это все равно. Мы добились того, чтобы было совещание у министра в декабре, он одобрил эти работы, сказал, что хорошо, что вы сделали это в инициативном порядке, но дальше то надо уже работать по плану. Негматулин, Безубцев, Иванов  – все поддержали проект. Но денег нет. Пока что дали всего 2 млн. руб. на этот год – это слезы, это просто смешно.